Эллиот с детства чувствовал себя чужеродным элементом в мире живого общения. Людская речь, мимика, необходимость поддерживать беседу — всё это вызывало у него почти физический дискомфорт, сродни тихому, но навязчивому гулу. Компьютерный код, напротив, был ясен, логичен и послушен. За экраном монитора он не был тем замкнутым парнем; он был архитектором, творцом, невидимой силой.
Хакерство стало для него не преступлением, а единственно возможным языком, на котором он мог взаимодействовать с миром, не покидая безопасных стен своей квартиры. Это был диалог напрямую, без шума и помех человеческих лиц.
Его исключительные навыки вскоре привлекли внимание «Аллсейф» — влиятельной компании, специализирующейся на защите данных. Для них он был идеальным инструментом: гений, который видит бреши в системах так же ясно, как другие видят строки в книге. Эллиот нашёл свою нишу, пусть и призрачную, в этой корпоративной структуре.
Но его талант не остался незамеченным и в других, более тёмных кругах. Через зашифрованные каналы, тени в глубине сети, к нему начали поступать осторожные зондирующие сигналы. Голоса из небытия, представлявшие разрозненные подпольные группы, рисовали ему иную картину. Они видели в «Аллсейф» и подобных гигантах не работодателей, а стражей тюрьмы, построенной из данных и контроля. Им нужен был кто-то изнутри. Кто-то, кто мог бы не защищать, а разбирать по кирпичику фундаменты этих империй.
Без особого желания Эллиот оказался на тонкой грани. С одной стороны — законная работа, дававшая ему оправдание и доступ к мощнейшим системам. С другой — настойчивый шёпот из цифровых глубин, предлагавший ему не просто работу, а миссию. Миссию по подрыву основ того самого мира, который он, по сути, был нанят охранять. Его тихая война с обществом внезапно обрела очень конкретные, опасные очертания.